Читатели «ЭМ» знают Петра Ефимовича Казакова по его пьесе «Саранонь эрзя» и другим публикациям. Отец его Ефим Казаков оставил сыну в наследство 25 тетрадей с воспоминаниями о жизни в селе в конце 19, начала 20 веков. Эти записи сделаны на добротном русском языке, читаются легко и с большим интересом. Они—зеркало, показывающее быт, обычай, одежду, пищу… жизнь эрзянской семьи и села той поры. В настоящем номере даём отрывок из тех тетрадей.
***
Целую неделю праздновали религиозный праздник пасху, -«воскресенье христово», не считаясь с тем, что это время было порой закладки годового урожая - пахоты и сева. До хрипоты попы нам горланили: «Христос воскрес из мертвых и рождество твое христе божее» . Обходя все дома деревни, собирали хлеб и деньги. Были и другие праздники и нерабочие дни, так называемые двунадесятые (вознесенье, троица, благокрещенье и др.), дни воскресений, дни святых Миколы, Петра, А. Невского и многих других. Особенно почитаемы были церковные престольные праздники. Всего таких дней было около трети года. Хоть и мои предки не были религиозными фанатиками или праздными гуляками, а слыли тружениками, но бытовавшие обычаи соблюдали.
Так, несмотря на большую нужду, поневоле приходилось выполнять религиозные и царские законы об этих праздниках.
Единственным средством облагораживания и прогресса сельских жителей была одноклассная церковно-приходская школа, с куцей учебной программой, учителями в которой являлись только поп и дьякон, которые, конечно, мало заботились и не могли дать человеку нужных научных знаний и культурного воспитания. Основной их обязанностью было одурманивание людей религиозным дурманом, за что они были щедро вознаграждаемы жалованием, и земельными угодьями, неограниченными и безучетными приношениями верующих за брехню о существовании несуществующего бога, творца всей вселенной, вездесущего, всеблагого, всемилостивого. В общем, вся жизнь крестьян-селян мордвы проходила по поговорке того времени – «без бога ни до порога». Кроме этого вознаграждения церковнослужители отнимали у них посредством различных молебнов, обрядов, крещения, венчания, поминок после похорон хлеб, шерсть и даже пеньковое волокно. В народе была поговорка: у попа глаза завидущие, а руки загребущие. Учительство в школе для попа и дьякона были малодоходной нагрузкой.
Сельская церковь, называемая богослужебным, душеспасительным, благовоспитательным заведением, - храмом господнем, - фактически была реакционным заведением, замаскированным заведением царской охранки. Поп - священник, дьякон и даже псаломщик и пономарь назначались свыше, власть имущими. Поп, используя тайну исповеди при причащениях, выуживал сведения о состоянии благонадежности царю, правительству, о чем доносил властям. Недаром некоторые люди, побывавшие в городах, бытовавшую тогда поговорку—бога бойтесь, царя чтите—перефразировали: царя бойтесь, а бога чтите, а попа еще пуще, больше и почитать, и бояться надо, потому что бог высоко, царь далеко, поп-то вон он. Если ему больше и что-нибудь надо, то нужно по его желанию коленопреклонно в церкви помолиться богу и свечку поставить потолще, тогда он и грехи может простить. А если поп донесет или сообщит на тебя что-нибудь, тогда каюк тебе, загонят туда, где даже Макар телят не пас и не пасет. Это потому, что ему, попу, «святому отцу», — вера. Вторым после церкви заведением, действовавшим после церкви в интересах власть имущих был кабак—торговля водкой.
газета "Эрзянь Мастор"
